Оличья нора. До чего дожил ЦСКА в концовке сезона

Артём Борисов
Ивица Олич РПЛ
Комментатор tele-sport.ru Артем Борисов о том, в какой ситуации оказалась команда Ивицы Олича
Простите за отступление. Человеческое сознание все-таки очень матрично и ассоциативно — и основано на неконтролируемо быстром захлопывании гештальтов. Новый вопрос, на который мгновенно может быть дан старый ответ, столь же мгновенно консервируется, почти навсегда оберегая себя от более осознанной, глубокой, а то и верной трактовки. Это позволяет неспециалисту не умереть от мыслей обо всем на свете, и это накладывает на произведения специалиста явный отпечаток лени.
Из всех нынешних разговоров про ЦСКА самый ленивый — разговор об Эджуке.
Фланговый африканский технарь, бегунок. Даже если бы у Эджуке не было прямых предшественников, его все равно провели бы по известной линии: быстрый, прямой, обученный быстроте и прямоте, ограниченный быстротой и прямотой. Так он и был обозначен с первых секунд. В моментальности этих ассоциаций был почти что расизм, но наблюдения не врали и ответ захлопнулся.
Однако при тщательном (даже не слишком тщательном) просмотре трудно не заметить, что все оценки Эджуке напоминают о чем-то куда большем, чем оценки Эджуке. И действительно: «не умеет принимать решение», «нет последнего паса/удара», «не хватает исполнения/хладнокровия/хищности» — разве все это не про Чалова и Сигурдссона, Облякова и Ахметова, Кучаева и Тикнизяна, Гайча и Зайнутдинова, Бийола и Бистровича и даже Рондона и Влашича? Вопрос без подвоха. Сегодняшний ЦСКА в метафорическом виде — это Эджуке и есть.
Собственно, это всего лишь ремарка. Остальные ярлыки, прикладываемые к клубу в данный момент, почти безупречны, хотя все так же матрично примитивны. Сколько раз мы наблюдали, как разговоры о кризисах в наготе своей оказываются просто нервными нагромождениями. Зачастую это еще один взбрык ума, когда представления о механизмах разлада игры оказываются стройнее, проработаннее и, в конце концов, любопытнее, чем представления о механизмах игровой гармонии. Все это воплощается в двух родственных формах: злорадстве и апатии. Апатия может охватить и команду.
Так вот, непохоже, что с ЦСКА все именно так. Чем дольше сохраняется апатия, тем больше вероятность, что это вообще не она. Когда она не исчезает при смене тренера — должно быть, это просто ошибочное название. Парадоксально, но отсутствие прогресса при тренере Оличе говорит скорее в его пользу, просто смысл этого «говорения» в том, что все гораздо хуже.
По правде говоря, ЦСКА и не мог быть апатичной командой, в последнее время его стоило бы заподозрить в обратном — в герметичной, упорной и безвыходной активности. Центральной точкой этого периода стало интервью Ганчаренко коллеге Нобелю — едва ли не самое благорастворенное тренерское выступление в России за несколько лет. Команда, в свою очередь, выступала на поле со странным ученическим довольством. Весь сезон складывалось ощущение, что ЦСКА не «плохо играет в футбол», а, наоборот, хорошо играет в какое-то промежуточное упражнение, в футбол «как настоящий», но, например, без обязанности забивать, поскольку ударам еще не обучили.
В эти условия и попал новый тренер, выходящий к полю с безучастным лицом, не выражающим пока ни презрения, ни ужаса, ни радения. И это то лицо, которое сейчас более всего нужно ЦСКА — коллективу африканских мальчиков разных национальностей, активность которых стоит поддержки, а не пересмотра, но которым пора объяснить, что есть вещи, которые ненормально не уметь.

Ещё Премьер-лига

Ещё Футбол

Не пропустите

8-й день Евро-2020. Кошмарная игра Англии в британском дерби

Новости