«Никто из футболистов «большой» сборной России не идёт на контакт. Мы им неинтересны». Интервью чемпиона Европы среди слепых

Константин Столбовский
Евгений Шелаев Instagram
Рассказывает Евгений Шелаев.
Впервые столкнувшись с футболом слепых, ты мгновенно наполняешься состраданием. Делаешь брови домиком, ходишь неслышно, говоришь вполголоса и ловишь звучание самых тонких струн своей души. Это неизбежно.
Но проходит чуть времени, и так же неизбежно рождается другое понимание: чем меньше ты источаешь сочувствия — тем честнее. Чем естественнее себя ведешь — тем проще. Просто не мешай пацанам играть в футбол и быть самими собой.
Эти трудные этапы я прошел несколько лет назад. И примерно тогда же узнал, что:
  • Футбол слепых (blind football) как вид спорта родился в 1986 году в Испании. В 1998-м состоялся первый чемпионат мира, в 2004-м дисциплину включили в программу Паралимпийских игр
  • Здесь принято разделение на две категории: тотально слепые (класс B1) и слабовидящие (B2/B3)
  • Размеры площадки — 40 метров на 20, борта — 1,3 метра высотой. Регламент — два тайма по 20 минут чистого времени, состав команды — четыре полевых плюс вратарь, причем вратарь — зрячий
  • Полевые игроки обязаны играть в светонепроницаемых повязках (очках)
  • Мяч в футболе слепых меньше и тяжелее обычного, отскока от покрытия у него почти нет. Внутри расположен колокольчик, который просыпается при движении
  • Одно из ключевых правил: игрок, не владеющий мячом, но принимающий участие в игровом эпизоде, обозначает себя короткой командой «вой» (от испанского voy — «иду»). Не обозначился — командный фол. Четыре фола — 8-метровый штрафной удар
  • За воротами противника располагается тренер-лидер, чья функция — поддержка своей команды в атаке: он наводит форвардов на завершение. Обороной управляет вратарь
  • По правилам Международной федерации спорта слепых (IBSA) разговаривать во время матча нельзя никому, кроме вратаря и тренера-лидера. Молчание обязаны хранить и зрители
  • На чемпионате мира-2018 сборная России вышла из группы, в 1/4 финала обыграла Испанию, в полуфинале уступила двукратным чемпионам мира аргентинцам, а в матче за третье место — китайцам
  • Чемпионом мира в тот год в пятый раз стала Бразилия, а сборная России косвенно подтвердила статус лучшей команды Европы, завоеванный в 2017-м на континентальном первенстве в Берлине. Причем в финале тогда от нас тоже пострадали испанцы
  • В 2019-м на чемпионате Европы в Риме сборная России не сумела защитить титул и, хуже того, не квалифицировалась на Паралимпийские игры-2020 в Токио…
Мастер спорта международного класса Евгений Шелаев — игрок основного состава сборной России. Обладатель множества титулов, национальных и международных. Бомбардир, философ и оптимист.

Взлетел, сгруппировался, приземлился. Даже телефон не выронил

— Знающие люди предупреждали: с Шелаевым ухо востро, он парень ироничный, за словом в карман не лезет.
— В нашей стране по-другому никак. Ирония — часть моей оборонительно-наступательной стратегии.
— Принята на вооружение в связи с потерей зрения?
— У меня от рождения зрение 4 процента. Генетическое заболевание, оно от мамы передалось, а маме — от бабушки. Папа тоже незрячий. В 13 лет из-за возрастных изменений глаз, который видел чуть лучше, начал деформироваться. Спасти его не получилось: то ли две неудачные операции, то ли три, уже не помню. Сейчас на левом вообще нет светоощущения, на правом — минимальное.
— Как в вашей жизни появился футбол?
— Честно говоря, неожиданно, хотя я всегда был спортивным парнем. Занимался в свое время легкой атлетикой — не системно, а подходами: как правило, перед соревнованиями. Очень нравились прыжки в длину, это любимая дисциплина в атлетике. Но секции в интернате не было, поэтому так: подготовился, на соревнования съездил, напрыгался — и забыл.
Зато была секция гимнастики, которую я тоже очень любил. Гимнастика дала очень многое в плане координации, ощущения себя в пространстве. А однажды спасла если не жизнь, то здоровье. С того дня я точно знаю, как отвечать на вопрос «Что дают занятия спортом?».
- Ответите еще раз?
— Я взрослый уже был, года 24. Шел по своим делам, в руке трость, в ухе телефон. Со двора машина выезжала, я ее не услышал. Не сказать, что гнала, но, думаю, если бы не мои гимнастические скиллы… Короче, все обошлось: взлетел на ударе, сгруппировался, приземлился. Даже телефон не выронил.
Водила подбегает…
— И давай материться.
— Нет, извиняться. «Тут, — говорю, — отделение полиции рядом, поехали на разбор». Он не против. Сажусь в машину и понимаю, что это «канарейка»: меня, оказывается, ДПСник сбил. Нормальный парень оказался, всю вину принял на себя. Хотел деньгами помочь, я отказался, но номер телефона в контакты внес на всякий случай.

В классе, наверное, 9-м я познакомился с футболом слепых. Как получилось, что до 2010 года вообще ничего о нем не знал, — без понятия, честно. Сам в шоке. Но мне очень это дело понравилось. В первую очередь понравилась свобода действий. В привычных для незрячих людей играх — «два города», голбол — ты, по сути, привязан к позиции: движение ограничено, импровизации минимум. А тут поле 40 метров на 20 — делай, что в голову взбредет, как мне поначалу казалось. Можно сказать, глаза открылись.

В футболе получаться стало как-то сразу. За три года дорос до игрока сборной России и поехал на свой первый чемпионат Европы — как у нас говорят, пассажиром, но это для дебютанта логично и закономерно. С 2013 года я в команде. Из крупных турниров пропустил только Гран-при в Японии: не успел подлечить травму и получить визу.

Слуцкий произвел глубокое впечатление. Он очень классный!

— Говорят, футбол слепых — повышенно травматичный вид спорта, потому что столкновений в избытке. Прав или ошибаюсь?
— Ошибаетесь. В любом матче РПЛ ушибов-рассечений куда больше. Чаще всего повреждения случаются по неопытности, когда люди забывают обозначаться голосом. На чемпионат России иногда приезжают команды, собранные на коленке, которым неделя-другая от роду, — вот с ними действительно трудно. Экстерном этот комплекс невозможно освоить: слушать и слышать партнеров и мяч, правильно обозначаться, хорошо двигаться.
На серьезном уровне столкновения — редкость, потому что грамотные все, обученные, на опыте. В хорошо сыгранных командах люди друг друга часто даже не слушают.
— Работает внутреннее зрение?
— Плюс-минус. Ты просто знаешь, где должен находиться партнер в той или иной ситуации, и действуешь на автомате: принял мяч — сунул в нужную точку — открылся сам. Или тебе сунули под удар. На тренировках так комбинации и отрабатывается: кричу, например, что я в створе, — и бегу в створ. Дальше обозначаться не нужно, партнеры понимают: сбрасывай или кати мяч на пятак, Шелаев постарается зацепиться.
— Вы смотрите по ТВ большой футбол? Тот, который мы считаем настоящим?
— Раньше смотрел больше, и не только РПЛ. Сейчас как-то остыл. Наверное, поднаелся. Плюс немножечко помогли любимые «кони».
— Утомили?
— В 2015 году я дал интервью «СЭ», в котором сказал, в частности, что попасть на базу ЦСКА — моя давняя мечта. Интервью заметил Слуцкий. Позвонил, обнадежил: все реально, Женя, никаких проблем.

Наладились вчетвером: я, мама, сестра и друг. Леонид Викторович встретил в городе, отвез на машине в Ватутинки. Разговаривали обо всем, причем не сказать, что мы мучили его вопросами, а он, бедный, терпел. Нет, шел очень хороший диалог, ему было действительно интересно узнать, как устроен футбол слепых. Он точно не притворялся.

Слуцкий тогда произвел на меня глубокое впечатление. Отзывчивый, веселый, добрый, умный. Очень классный!
2015-й год. Леонид Слуцкий — главный тренер ЦСКА. Фото: Michal Dolezal / CTK / www.globallookpress.com
— То есть сейчас вы болеете за «Рубин».
— Нет, своих не предаем. Но с базы, так получилось, мы тогда уезжали в расстроенных чувствах. С того времени я перестал покупать сезонные абонементы.
— Что случилось?
— Ничего особенного вроде бы. Попросили футболистов оставить автографы на газете с моим интервью. И мячик еще подписать. Не знаю почему, но некоторые отказались. Просто сказали «нет». Настолько был неожиданный финал прекрасного дня, что мы немного потерялись.
Я очень долго переживал эту историю внутри себя. И перестал в итоге ходить на футбол, хотя абонемент у меня с 2010 года был обязательно. В Москве побывал на всех стадионах, с выездами чуть посложнее, конечно, но один в коллекции есть. Плюс один хоккейный.

Романа Еременко поймали с кокаином — вот вам и допинг

— Куда занесло?
— На Кубок России в Ярославль. С «Аланией» играли.
— Зачем вам это нужно? Стремление доказать: я и это могу?
— Нормальный фанатский движ, ничего особенного. Я этим жил тогда. Но в какой-то момент рамки боления перестали устраивать: дресс-коды какие-то вылезли вдруг, перестали женщин пускать на трибуны, меня пытались с фанатки выкинуть на другую трибуну, потому что инвалид… Вот это все бесило, прибивало интерес.
А после случая на базе как-то я вообще в живом футболе разочаровался. Хотя на Лигу Европы, помню, ходил.
— Чемпионат мира-2018 зацепили вживую?
— Нет, и по очень интересным причинам. Во-первых, примерно в те же сроки у нас свой чемпионат мира проходил, в Испании. Отыграли, причем отыграли здорово, вернулись — и мне кто-то рассказывает, что гости чемпионата мира, которых в Москве легион, в открытую курят марихуану, где им вздумается. Я испугался, честно.
— Чего именно?
— Ну как? Надышишься невзначай — поди потом выведи эту гадость из организма.
— Тот, кто рассказывал вам сказки, слегка омрачил действительность. Или приукрасил ее — смотря как относиться к самому предмету.
— Ну, не знаю. Наверное. Мне сказали — я поверил. И поставил на чемпионате мира крест. А потом уехал в Одессу, к невесте.
— На улицах Одессы не курят марихуану?

— Понимаю иронию, но, знаете, у каждого свои тараканчики в голове. Я в этом плане лучше тысячу раз перестрахуюсь. С допингом в спорте очень жестко: один раз попался — все, привет. Мало того что законно отберут все, до чего дотянутся, так еще и на деньги попадешь — будешь возмещать затраты государства на твое, дурака, спортивное образование. А деньги, которые мы зарабатываем футболом, большими никак не назвать.

Короче говоря, запреты и я — на разных полюсах. Я даже в сауны ходить перестал, чтобы избежать соседства с сомнительными компаниями.
— Паралимпийцев часто ловят на допинге?
— А я не знаю. Единичные случаи точно были, про потоки ничего не могу сказать. Не моя тема.
 — Допинг — в любом случае история для цикликов, разве нет? Зачем он футболисту?
— И снова не знаю. Но хорошего футболиста Романа Еременко поймали с кокаином — вот вам и допинг. Причины неважны, следствия очевидны.
— Российских паралимпийцев от Олимпиады-2016 отцепили как допингеров, но без вины. Вы «паровозом» пошли…
— Вот именно. В итоге наши олимпийцы в Рио все-таки поехали, хоть и на особых условиях, а мы — нет. Нас на коротком поводке держали до последнего: утром типа едем, вечером как бы нет, то пакуй чемодан, то вытряхивай — и так день за днем. Я в какой-то момент психанул и вообще забил на это дело: моя задача — профессионально готовиться, а там будь что будет.
Ну это правда тяжело. Не скажу, что до слез, но где-то рядом. Верили до конца, что Россия нас отстоит.
Роман Еременко. Фото: Dmitry Golubovich / Russian Look / www.globallookpress.com
— Осталась обида?
— Сейчас можно говорить все что угодно, а смысл? Обидно в спортивном плане, потому что мы могли побороться за очень хорошие места на той Паралимпиаде: команда шла на взлет. Через год мы это доказали, став чемпионами Европы. А в 2018-м заняли четвертое место на чемпионате мире.
— Кто выиграл золото в Рио?
— Не помню. Наверное, бразильцы. Они всегда выигрывают.
— Сопротивление бесполезно?

— Мне дважды повезло с ними встретиться. В первый раз влетели жестко, 0:4. По делу. Во второй — 0:1, причем гол они забили, скажем так, спорный. Значит, на каком-то этапе мы против них абсолютно точно могли упираться. Сейчас — не знаю, давно не встречались.

— В общем, и в футболе слепых они кудесники. Чем берут? Техникой?
— Конечно. Работа с мячом — основа основ в играх на ограниченном пространстве. Прием, контроль, передача, удар — они в этих компонентах однозначно лучшие. Есть бразильцы — и все остальные.

Хочешь поддержать команду — дуй шизить на фанатку

— Оценка работы телекомментатора — нередко вопрос вкуса, тем более что звук при желании можно вообще выключить. У незрячего человека особые требования к комментарию. Вам, наверное, нужна сначала «картинка», а уже потом эмоции и все остальное.
— Лично за себя скажу так: от комментатора многое зависит, если играет не ЦСКА. А про ЦСКА мне понятно примерно все. Достаточно знать, что мяч, например, у Фернандеса — и я понимаю, какие возможны варианты развития. Мяч у Эджуке — значит, пойдет в обводку и, скорее всего, потеряет. Ну и так далее.
Однажды на стадионе я смотрел футбол с тифлокомментарием. Это модная сейчас штука: садишься на трибуну, тебе дают наушничек с плейером — и комментатор прямо в ухо докладывает, что происходит на поле. Вообще не понравилось! Я на стадион немножко не за этим хожу. Ходил, вернее, раньше. Хочешь поддержать команду — дуй шизить на фанатку. А если ты весь такой из себя вдумчивый — блин, ну лучше в баре посидеть. Или дома с дивана вникать.
— И тем не менее: кого из ТВ-комментаторов выделяете в этом контексте? Кто из них тонко понимает футбол и умеет подать его так, чтобы даже незрячему было видно?
— Сложно сказать. На каком-то отрезке — точно Стогниенко. А кто еще, не знаю. Честно, не знаю.
— Может, признанный «конь» Арустамян?
— Очень нравилось, как Нобель на «Радио Спорт» работал. За пару месяцев до закрытия проекта мне даже в студии повезло отметиться.
— В каком качестве?
— В качестве действующего футболиста, члена сборной России. Нас с Андреем Тихоновым туда позвали.
— С Андреем Валерьевичем, легендой «Спартака»?
— Нет, у нас свой Тихонов есть, не менее легендарный.
Фото: Instagram

В последнее время отдавать нравится больше, чем забивать

— На Паралимпиаду-2020 сборная России тоже не едет, но по другим причинам, чисто спортивным. Как вышло, что не отобрались?
— Провалили чемпионат Европы-2019 в Риме. Не смогли выйти из группы.
— На ком споткнулись?
— Франции продули в первом же матче — 0:2. Не дело махать после драки кулаками, выискивая отмазки, но есть версия, что французы подглядывали.
— Насколько это распространенная практика в футболе слепых?
— Как минимум на уровне разговоров и слухов, которые отравляют атмосферу. Считаю, это ничем не лучше допинга. Мы играем честно.
— Ваша категория В1 — тотально слепые. Или я чего-то не понимаю?
— Люди прошли классификацию, предоставили справки, получили категорию — все, вопросов к ним нет. А классифицироваться можно, наверное, по-разному. Как в анекдоте. Слепой и глухой сидят в подземном переходе, милостыню собирают. Мимо девушка проходит. Слепой: «Ух, какие ножки!». Глухой: «У кого?».

Раньше работало правило: клеят тренеры соперника. Ничего плохого в таком подходе я не видел. Приходил перед матчем тренер какой-нибудь Йошкар-Олы и заклеивал тебя пластырем как египетскую мумию. Сейчас работают свои. Возможно, более лояльно к этому вопросу относятся, если кто-то в чем-то заинтересован…

Так вот, на Европе в 2019-м после французов были греки, с ними мы разобрались уверенно — 4:0. Третий матч — с англичанами. Вели 1:0, держали игру под контролем, давили, но не додавили. Ближе к концовке они забили ответный, а мы к тому времени встали. Эта ничья нас подкосила, у немцев в последнем матче тоже не выиграли. Заняли в итоге 5-е место.
— Есть в личном бомбардирском профайле голы, которые можно назвать красивыми?
— Сложно по понятным причинам оценивать эстетику, но есть парочка мячей, которые я помню очень хорошо.
Один из них визуализировался потому, что сетка в раме висела какая-то особенно шершавая. Дело было в Греции, если правильно помню. Пробил со штрафного — ничего вроде особенного, удар как удар, но до сих пор этот звук слышу: мяч вонзается в сетку и съезжает по ней с шипением. Есть в коллекции гол, забитый в матче за первое место на чемпионате России в Раменском. Нас устраивала только победа, мы давили как сумасшедшие, а забить не могли. И вот за полторы минуты до свистка у меня получилось. Вспомню еще пента-трик — достаточно редкое явление в нашем виде. Пускай в соперниках была Грузия, пускай счет 11:1, но пять штук в одном матче — считаю, по-любому достижение.
Но в последнее время, честно говоря, отдавать мне нравится больше, чем забивать.

Хочется, чтобы люди к футболу слепых относились бы не снисходительно, а профессионально

— Футбол хорошо вас кормит?
— В целом грех жаловаться, хотя это ни разу не космос, конечно. Тысяч 80 в месяц — потолок. Сейчас жена стала нормально зарабатывать репетиторством, получается даже на квартиру понемногу копить. Я подрабатываю фитнес-тренером, когда график позволяет не ущемлять футбольные интересы.
В последнее время довольно плотно занялся своим инстаграмом, и быстро понял, как, оказывается, тяжело себя продвигать. Был бы рекламный бюджет — более-менее понятно, что делать, а без вложений что-то как-то не очень дело движется.
— Хотите выйти на коммерческий уровень?
— Хочу, чтобы как можно больше людей узнали про футбол слепых. Другой задачи нет. Нахожу контакты популярных блогеров, они иногда отвечают, пытаемся о чем-то договориться. Писал и комментаторам, кстати говоря.
— Кому именно?
— Геничу, Черданцеву, Шмурнову, Стогниенко. Стогниенко даже ответил — обещал, когда будет в России достойное внимания событие, о нем рассказать. Шмурнов тоже отреагировал. Хотел я выйти на блогеров из «Амкала», но они все куда-то пропали. Не знаю, получится ли.

Мне очень хочется, чтобы люди к нашему футболу, если они про него вообще знают, относились бы не снисходительно, а профессионально. Чтобы такая постановка имела право на жизнь: футбол слепых — спорт высших достижений, а не только важный социальный проект. Это моя личная трактовка, разумеется, мое видение. Мы тоже пашем на тренировках как проклятые, жизнь наша расписана по часам, личные интересы подчиняются командным. У нас есть серьезные достижения и новые высокие цели.

Я уж не говорю о том, что мы полноценные члены общества. С нами можно и нужно разговаривать, мы охотно идем на контакт.
— Дела «настоящей» сборной России плотно интересуют?
— Если позволяет режим, к которому я отношусь свято, матчи сборной смотрю обязательно.
— Внутренние переживания, прогноз и анализ, дискуссии какие-то — вопрос больше про это.
— На околофутбольные дискуссии мало времени, честно говоря. Я лучше художественную или специальную литературу почитаю, чем буду убивать время на комменты.
А про «большую» сборную одного до сих пор не могу понять: почему мы никак не можем подружиться? Никто из футболистов на контакт не выходит, хотя писал я всем. Наверное, мы им неинтересны, потому что наш футбол и тот, который большой и настоящий, — все-таки немножко разные истории. Это, конечно, расстраивает — что нет признания в своем цеху…
0
0
0

Ещё Футбол

Не пропустите

Победа «Ювентуса» над чемпионом, дерби Рима и противостояние Миранчука и Шомуродова

Новости